Верховный суд призвал проверять добросовестность клиентов в спорах со страховщиками

Верховный суд поддержал позицию Росгосстраха в затянувшемся споре с клиентом-автомобилистом из Краснодарского края. Это разбирательство продолжается уже около пяти лет, и стороны прошли все судебные инстанции, причем не один раз. Недавно своим определением Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ удовлетворила кассационную жалобу страховщика, отменила все ранее принятые судебные постановления и направила дело на новое рассмотрение.

К тяжбе привела позиция владельца Mercedes-Benz AMG, попавшего в марте 2021 года в ДТП, виновником которого был признан он сам. Автомобиль ранее был приобретен в лизинг компанией, которую возглавлял водитель, и застрахован по каско в Росгосстрахе. Условия договора предполагали, что страховое возмещение осуществляется в форме ремонта на станции технического обслуживания по направлению страховщика. После обращения клиента страховая компания оперативно исполнила свои обязательства, выдав направление на восстановительный ремонт. Однако он даже не начался — страхователь привез свой автомобиль на СТОА, но не согласился с одобренным Росгосстрахом объемом работ и настаивал на устранении повреждений в салоне машины, не входивших в страховое покрытие. Автомобиль простоял на сервисе несколько месяцев без ремонта, после чего клиент обратился в суд.

Причем, в суде страхователь уже потребовал признать автомобиль «тотальным», т.е. не подлежащим восстановлению, и выплатить ему полную страховую сумму по договору — свыше 16 млн рублей. Суд первой инстанции поддержал позицию «слабой» стороны, которой в спорах со страховщиками часто считают клиентов, и частично удовлетворил исковые требования (в размере 12,1 млн рублей), а также постановил взыскать с РГС большой штраф и неустойку по Закону о защите прав потребителей. Росгосстрах пытался оспорить это решение в апелляционной и кассационной инстанциях, но добился лишь незначительного снижения размера возмещения и сокращения штрафа до 2,5 млн рублей.

При этом надо учитывать, что из-за загруженности российской Фемиды процесс затянулся на годы, и завершался уже совсем в другой геополитической и экономической обстановке, существенно повлиявшей на стоимость автомобилей, запчастей и ремонтных работ. В частности, суды не учли, что при определении порога, при котором поврежденный Mercedes был признан не подлежащим восстановлению, использовались несопоставимые данные: рыночная стоимость машины во время ее страхования в 2020 году и ремонтные работы с запчастями по расценкам 2025 года. Не принималось во внимание и то, что «тотальный» автомобиль без ремонта был продан его владельцем по цене, на 35% превышавшей страховую сумму.

«Во всех инстанциях мы обращали внимание на эти факты, как и на то, что наш клиент, по сути, сам препятствовал ремонту своего автомобиля, требуя включить в общий объем повреждения в салоне, которые не предусмотрены правилами страхования. Мы также пытались оспорить применение к нашей компании штрафных санкций по законодательству о защите прав потребителей, хотя все документы свидетельствовали о том, что автомобиль на момент страхования использовался юридическим лицом, то есть, в коммерческих целях, — говорит директор Правового департамента Росгосстраха Евгений Суховеев. — К сожалению, наша позиция не нашла понимания ни в апелляции, ни в кассации, в чем Верховный суд усмотрел нарушения норм материального и процессуального права. ВС РФ своим определением не просто возвращает спор в начальную точку, но и призывает при этом полно и всесторонне учитывать всю совокупность фактов по делу. А также дать оценку противоречивому поведению автовладельца, который, пригнав машину на СТОА, тем самым согласился на возмещение в форме ремонта, а потом не дал его провести, лишив Росгосстрах возможности выполнить свои обязательства по договору страхования».

Хотя в этом деле Верховный суд давал оценку обстоятельствам частного спора между страховщиком и автомобилистом, юристы Росгосстраха убеждены, что вынесенное определение повлияет не только на его исход, но и на рассмотрение судами похожих исковых требований, с которыми нередко сталкиваются компании страховой отрасли.